Dolce&Gabbana (dolcegabbana) wrote,
Dolce&Gabbana
dolcegabbana

Барокко в его лучших творцах



В одежду снова возвращаются атлас, бархат, муар, парча, пряжи и бесчисленное количество тончайших кружев с богатой вышивкой — буйный, царственный стиль барокко сменяет минимализм. Ощущение, будто проваливаешься в прошлое с его вычурными дворцами, винтовыми лестницами и резкими трелями клавесин, и тут же на ум приходит Франческо Растрелли — гениальный архитектор, без которого совершенно нельзя представить барокко в нашей стране.


Портрет Франческо Бартоломео Растрелли
Портрет Франческо Бартоломео Растрелли

Итальянец по происхождению, Растрелли большую часть в жизни провел в России. Сюда он приехал ещё юношей в 1716 году вместе с отцом скульптором Бартоломео Карло Растрелли по приглашению Петра I, а покинул страну только в 1764 году. Несколько лет Франческо работал на папу, но уже скоро получил первые самостоятельные заказы: дворец на Миллионной улице, проект каменного Дворца с садом для князя Ивана Долгорукого и здания Арсенала в Москве и другие постройки. Однако в них ещё чувствовался Растрелли-«ученик», хотя уже тогда — в формах, штрихах и компоновке — просматривался размах гения.

Талант Растрелли, как зодчего, раскрылся по-настоящему в период правления Анны Иоанновны, когда он выполнял заказы Бирона, всесильного фаворита императрицы. По его заказу он строит манеж на пустыре между Невским и Большой Морской, и приступает к строительству замка для Бирона в Курляндии — Рундальского дворца. Но настоящий пик его славы пришелся на времена Елизаветы Петровны (с 1741 по 1761 гг.), хотя первые годы императрица не сильно жаловала итальянского архитектора. Лишь её жажда новых дворцов вернула Франческо Растрелли ко двору, и первое, что он сделал для Елизаветы — построил Летний дворец, который пришелся по вкусу российской знати.

Рундальский дворец
Интерьеры Рундальского дворца

В работе Растрелли был очень требователен к себе и окружающим. Его характеризовали, как вспыльчивого, эгоистичного и честолюбивого. Он не испытывал особой жалости к работникам, его мало волновали их семейные проблемы и условия жизни. Важным было только одно — качественно и в сроки закончить проект. Но, несмотря на скандалы и обиды, никто никогда не писал на архитектора жалоб; все, кому довелось работать с ним, загорались его жизнелюбием, идеями и были увлечены грандиозными замыслами зодчего.

Петоргоф
Петергоф

Один за другим вырастали с легкой руки итальянца Летний дворец в Санкт-Петербурге, Большой Царскосельский дворец, Зимний дворец, Большой Петергофский дворец, Воронцовский и Строгановский дворцы, собор Смольного монастыря. Это лишь часть лучших образцов архитектора. В них ему удалось сохранить симметрию, протяженность и прямизну фасадов, характерную для Петербурга, и в то же время они торжественны, нарядны и пластичны. Помимо этого, на его счету множество проектов для построек по дороге из Москвы в Северную столицу, эскизы наборных паркетов, деталей скульптурной резки, мебели, светильников и прочих предметов для внутреннего убранства. Растрелли стал настоящим законодателем архитектурной моды середины XVIII века, и этот период стал не просто расцветом барокко в России, но становлением нового стиля — растреллиевского барокко: своеобразного, блестящего, ликующего и по-настоящему живописного.

Дворцовая церковь
Большой Екатерининский дворец, Дворцовая церковь.

«Империя пришла в такое благосостояние, в каком никогда еще доселе не бывала», — говорила сама Елизавета Петровна, готовясь к строительству Смольного дворца, последнего из грандиознейших проектов Растрелли. И, действительно Ансамбль Смольного монастыря — образец величавой красоты, о котором П.Петров, историк XIX века писал, что это «совершеннейшее произведение» архитектора: «В конечном его исполнении должен был предстать такой памятник архитектуры, сравняться с которым могли лишь немногие величайшие мировые гении зодчества».

Смольный монастырь
Смольный монастырь

К началу 60-х годов XVIII века Растрелли сильно постарел, у него начались проблемы со здоровьем, но он продолжал трудиться. Когда к власти пришел Петр III (1761 год), архитектор, наконец, получил долгожданную награду; ни один из государей и императоров, для которых Растрелли строил дворцы, до этого не удостоили его такой чести. Новый монарх пожаловал Растрелли звание генерал-майора и орденом Святой Анны. Однако это была не только первая, но и последняя благосклонность фортуны к итальянскому маэстро. В Европе уже вовсю бушевала популярность классицизма, которая нагрянула и в Россию с началом правления Екатерины II в 1762 году. Барокко стал немодным, заказы к архитектору иссякли, и ему пришлось уехать. Несколько скромных заказов для европейской знати не дали ему умереть с голода, но о достатке пришлось забыть. Незадолго до смерти, его, наконец, приняли в члены Императорской Академии художеств, о чем он мечтал больше 20 лет, и спустя 79 дня после этого, он скончался. И всё же бессмертны оказались его произведения искусства в Пушкино, Петергофе, Санкт-Петербурге, на которые ежегодно любуются миллионы людей со всего мира.




Tags: барокко, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments